Ближневосточный фронт: смена ориентиров?

Полный текст статьи "Ближневосточный фронт: смена ориентиров?"

250,00 тг.

Журнал Центр Азии № 3 (109)

1 000,00 тг.


Посмотреть весь список статей данного выпуска.


18 июня иранский Корпус стражей исламской революции нанес ракетный удар по территории Сирии. Командование КСИР заявило местным средствам массовой информации, что «целью атаки являлись штаб-квартира и мобилизационные центры террористической организации «Исламское государство». Также было подчеркнуто, что «ракеты средней дальности, с высокой точностью поразившие боевиков, стали ответом за нападения 7 июня в Тегеране», когда две группы экстремистов атаковали здание парламента и мавзолей имама Хомейни.

Жесткая реакция Ирана против организации «Исламское государство» (ИГ) в принципе понятна. 7 июня в иранской столице погибли 17 человек и свыше 50 получили ранения.

Вместе с тем формат военного давления, избранный иранцами, и тот факт, что им понадобилось на это почти две недели, выглядят довольно странно. У Тегерана, уже несколько лет воюющего с ИГ в Сирии и Ираке, наверняка существует большой арсенал средств и возможностей для организации возмездия боевикам. И вряд ли для него нужно было столько времени. Например, военные подразделения того же КСИР и их иракские и сирийские союзники напрямую сталкиваются с отрядами «Исламского государства» в районе иракского Мосула или в восточных областях Сирии.

Получается, вместо того чтобы немедленно провести военную операцию небольшими силами на месте, Тегеран пошел сложным путем. Для начала иранцы, по словам официального представителя КСИР Рамезана Шарифа, какое-то время согласовывали с Дамаском и Багдадом ракетную атаку через территорию Ирака, а затем шесть ракет средней дальности «земля – земля» были пущены с баз КСИР в иранских провинциях Керманшах и Курдистан. Результатом удара стало разрушение зданий, которые ИГ использовало для хранения боеприпасов, и ликвидация нескольких боевиков.

Сложно судить о том, насколько результативным оказался иранский ответ. Но как показывает опыт, подобные шаги нередко бывают сомнительны именно с военной точки зрения. Это, что называется, бить из пушек по воробьям. К примеру, на Западе давно укоряют российских военных за то, что их ракетные обстрелы с акватории Каспийского или Средиземного моря больше эффектны, нежели эффективны. То же самое можно сказать и об американских ударах «Томагавками» по сирийскому военному аэродрому «Шайрат» 7 апреля этого года. Уже на следующий день аэродром активно использовался сирийскими военными летчиками по прямому назначению.

Таким образом, возможно, что с нападениями в иранской столице и с ударами КСИР по базам боевиков в Сирии не все так просто. Более того, эти события нельзя рассматривать вне контекста всего того, что происходит сегодня на Ближнем Востоке.

Трудный выбор

Согласно официальной версии Ирана 7 июня этого года в Тегеране произошло два громких теракта. Одна вооруженная группа ворвалась в здание меджлиса (иранского парламента) и захватила в заложники людей, находившихся в комнате приема посетителей. В ходе спецоперации боевиков ликвидировали, но один из них успел совершить самоподрыв.

Другая группа, состоящая из двух женщин, открыла огонь в мавзолее имама Хомейни. При попытке ареста одна из женщин взорвала на себе бомбу, другая оказалась в руках полицейских. Третья группа террористов, готовящая взрывы в центре столицы, была захвачена незадолго до совершения преступления.

Июньские теракты в Иране вызвали огромный резонанс в стране и за ее пределами. Что неудивительно, поскольку это был, пожалуй, первый в современной истории иранского государства случай использования смертников, и однозначно первый, когда за нападение в Иране ответственность взяла на себя организация «Исламское государство».

Здесь следует отметить, что на фоне очень сложной обстановки в соседних Ираке или Афганистане, Иран считался относительно благополучным с точки зрения террористической угрозы. Это не значит, что терактов в стране нет. Они случаются часто, но имеют свою специфику. Как правило, в Иране нападают на конкретных политических или военных деятелей или же на инфраструктуру КСИР. Так, в последние годы было немало атак, жертвами которых становились лица, связанные с иранской ядерной или ракетной программой. Тегеран традиционно возлагает ответственность за убийство ученых или военных на спецслужбы Израиля и США.

Кроме того, теракты в Иране совершают курдские, арабские и белуджские радикальные группировки, действующие под сепаратистскими лозунгами. Но и они в большинстве случаев не атакуют мирное население и прежде не прибегали к тактике городской партизанской войны. К примеру, в конце апреля этого года во время патрулирования в иранской провинции Систан и Белуджистан были убиты девять иранских пограничников. Кстати, именно в этой провинции президент Ирана Махмуд Ахмадинежад дважды становился мишенью для нападений. На Ахмадинежада покушались в 2005 и 2010 годах.

В целом за последние два года, по словам министра иранской разведки Махмуда Алави, в Иране было предотвращено более ста терактов, направленных против представителей военно-политического истеблишмента или сил органов правопорядка.

В этой связи нападения экстремистов на обычных горожан в здании меджлиса и у мавзолея имама Хомейни, несомненно, стоят особняком. Данное обстоятельство, вероятно, и позволяет говорить о причастности «Исламского государства». Однако пикантность ситуации заключается в том, что...